January 8th, 2015

Сталин

Сегодня утром мы проснулись в другом мире.

То, что произошло вчера в Париже, сравнимо по своему значению с террористической атакой 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке. И даже - более того. По своему символизму вчерашние события много, много более значимы нью-йоркских событий. Там атаковали символ экономической мощи Америки - тут символ свободы прессы, свободы слова и право каждого на невозбранное выражение своих мыслей.

Потому так бледно и жалко выглядел Олланд, таким неготовым и потерянным явился он на телеэкраны перед всем миром.

Что же, собственно говоря, произошло?
Для начала - недавно прочитанный мной анекдот:

 Прилетает как-то понтифик в Париж, где - то в года так в шестидесятые, в прошлом веке. В рамках, конечно, официального визита. Как всегда шум, пресса, толпы верующих... Ну так вот, спускается Папа Римский с трапа самолёта. Тут же подбегают журналисты, самый шустрый первым выкрикивает вопрос:
  - Что Вы думаете о проблеме публичных домов в Париже?
  - А что, в Париже есть публичные дома? - удивляется Папа.
На следующий день все газеты выходят с заголовками: 'Спустившись с самолёта, Папа Римский первым делом спросил, есть ли в Париже публичные дома'.

Достижения ХХ века прежде всего: журналисты - это власть. Власть сильная,злая и безжалостная. Перед которой бессмысленны любые маневры, которая никогда не остановится в своей травле жертвы и ничто - ни власть, ни деньги, ни до того безупречная репутация - не защитит от шакальей стаи падких на сенсацию журналюг. Особо зарвавшихся, правда, можно было - в рамках демократических процедур - засудить. Что, правда, репутации уже не восстанавливало...

Даже в тоталитарном СССР, при цензуре, журналисты превосходно ощущали себя властью.Да, конечно, смешать с дерьмом абсолютно белого и пушистого секретаря обкома было крайне затруднительно даже мастистому зубру и волку газетных страниц, но простому инженену, да и директору завода могло прилететь нехило, вплотьдо огвыводов.

Вспоминаю историю, когда продажная журнашлюха, пишущая в местной "вечерке" на какбе "моральную тему" полностью сломала карьеру, да и всю жизнь в целом исключительно положительному мужику, главному инженеру строительного треста. На кону стояла заработанная им же квартира и прочие материальные плюшки, и стерва-жена спелась с журнашлюхой... С самыми тяжелыми последствиями для жертвы, с практически волчьим билетом,коим было исключение из КПСС.

Ну так вот, что на Западе,что в СССР, жертва журналистской атаки могла только улыбаться и ... нет, не махать крыльями, как пингвины, а делать хорошую мину при плохой игре.

Потому и лезла, стремилась в эту профессию толпа народа. Невзирая на крайне низкие заработки, практически - нищету. И да, даже в СССР, даже в разгул цензуры защиту от журналистских наездов имело крайне ограниченное меньшинство,а угроза написать в газету вгоняла в страх даже самых заскорузлых бюрократов.

Ну так вот, вчера в Париже случилось жуткое: положен предел власти прессы. Журналист никакая не власть, если его, за неосторожное слово, убивают.

Нравственный императив Канта в формулировке "не делай людям ничего такого, что ты считаешь нежелательным для себя" до вчерашнего дня совершенно не работал в отношении целой группы журналюг. Если теоретически журнашлюху, вылившую на тебя тонны помоев, высосанных из пальца, еще можно было засудить, то как быть с таковым:


С так называемым "карикатуристом" ничего поделать было нельзя.


Со вчерашнего дня выяснилось,что очень даже можно. Критика французских карикатуристов и осуждение их работ мусульманскими радикалами в прямом смысле стала убийственной.

Я, естественно,резко осуждаю терроризм вообще и данный теракт в целом. Превосходно осознавая тот факт, что сегодня мы проснулись в совершенно другом мире.
promo antisemit_ru февраль 24, 2016 22:04 31
Buy for 10 tokens
Мой отец родился на изломе времен, в самом конце тысяча девятьсот восемнадцатого года. Он был последним ребенком в большой крестьянской семье моего деда и его седьмым сыном. Сразу скажу - жили они тогда за Уралом, в достаточно давно освоенных русскими людьми сибирских землях. Чуть позднее те земли…