Вся правда о Иисусе Христе. Часть IХ-я. Арест Христа.

      Дело происходит ночью. Согласно Марку, Иисус со товарищи приходит в селении Гефсимания (Матфей уточняет, приходит в сад, где часто бывал), оставляет учеников, берет с собой только трех апостолов - Петра, Иакова и Иоанна, потом оставляет теперь уже и этих трех, веля им не спать. А сам идет ужасаться и тосковать от того, что скоро с ним сделают, и молить чтобы Бог пронес мимо него чашу сию. Согласно Луке, Иисус молится на Елеонской горе...
     
       Господь чашу не пронес, сказал - надо.    Надо, - значит надо, говорит Иисус, и идет навстречу своим арестователям. Вот уже спешит к Иисусу предатель-Иуда, ведущий...
     
     
       Насчет того, кого же именно предатель-Иуда вел арестовывать Иисуса, почтенные евангелисты тоже не сходятся. Марк сообщает, что Иуда вел за собой "множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин". (Мк. 14:43). То же у Матфея - "множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных". (Мф "6:47). Лука более абстрактен, но не противоречит первым двум у него Иуда ведет "народ" (Лк 22:47). То есть заметьте, речь идет чисто об еврейской толпе набранной первосвященниками, книжниками и старейшинами. В толпе их слуги. Есть люди с мечами - возможно храмовая стража? Остальным иудейским простолюдинам оружие носить не положено, поэтому они прут на Иисуса с дрекольем.       Несколько не так у Иоанна: "Итак Иуда, взяв отряд воинов и служителей от первосвященников и фарисеев, приходит туда с фонарями и светильниками и оружием". (Ин 18:3). Ниже Иоанн уточняет, что воинами на захвате командует "тысяченачальник" (Ин 18:12).Тысяченачальник это перевод греческого термина, который использовал Иоанн, вряд ли сильно знакомый с тогдашним военным делом. Но кого же он мог иметь в виду под таким названием? С тех пор как иудейские земли стали частью римской провинции, в ней уже не было местных еврейских войск.
       Значит, это могли быть только римские солдаты с римским командиром. Смотрите, как это меняет всю ситуацию. У первых трех евангелистов имеет место чуть ли не гражданский арест силами возмущенного коренного населения. У Иоанна же речь о совместной операции, где люди местной религиозной элиты действуют совместно с римскими солдатами. А для того, чтобы римские легионеры начали действовать вместе с местными, - отдать такой приказ мог только римлянин на официальной службе, и высокого ранга. Это кардинально меняет дело.       Но что же это за "тысяченанальник"? Неужто кто-то из старших офицеров легиона? Трибун сенаторского или всаднического достоинства? Кого он ведет? У римлян в войске вообще-то не было деления на тысячи... Может быть это элитная первая сдвоенная когорта легиона? В ней примерно 960 человек (штат мог быть разным от времени и места). Ну пусть не сдвоенная, пусть обычная когорта, в ней 480 человек, плюс-минус. Тащить такую ораву солдат, чтобы арестовать группу меньше двух десятков человек, - да помилуйте! Но может быть у Иисуса было гораздо больше людей? Может быть уже готовилась крупная смута? Тогда - да, - тогда посылка полтыщи легионеров была бы оправдана. Но если бы имело место такое крупное возмущение евреев, о нем бы обязательно сообщил педантичный иудейский хронист Иосиф Флавий. Но нет, Флавий молчит. Во время близкое к казни Иисуса он не отмечает никаких существенных народных волнений. Значит, нам приходится урезать осетра, и признать что никакого крупного войскового соединения римляне на арест Иисуса не посылали. Иоанн слегка приукрасил. В конце-концов, он писал о том что арестовывали его Бога. Тут уж конечно хочется создать обстановку попафоснее.
       Если там и были римляне, то не когорта, не кентурия даже, а дай Бог, несколько десятков солдат, хорошо если под командой младшего командира.       Это подтверждается и последующим развитием событий. Евангелисты живописуют, как при аресте Иисуса окружающий народ рванул в побег. Не задержали вообще никого кроме Иисуса. Все благополучно свинтили. Марк, правда, еще рассказывает про некого юношу в покрывале, который пошел за арестовавшими Иисуса. Арестователи попытались схватить и юношу, но дернули за покрывало - юноша вывернулся из этой одежи, и сверкая детородным причиндалом, был таков... А теперь попытайтесь представить как все бывшие с Иисусом весело убегают, если бы их планомерно окружило подразделение человек в пятьсот под командованием тысяченачальника. Стена щитов, факелы, солдаты с римской дисциплиной заранее охватывают местность, смыкают кольцо, сужают его, процеживая каждый камень. Все убежали, ага...       Нет, Иоанн, урежь осетра. Никаких тысячников. Никаких организованных облав. Если и были там римские солдаты, то не во многом числе, и приказ у них от командира был примерно такой: "ребята, местные еврейские попы негодуэ, объявился у них какой-то смутьян. Они его пойдут арестовать, а вы пойдете с ними. Если попы попадут в засаду к местным боевикам-сикариям, вы уж их постарайтесь выручить, потому что они нашему наместнику исправно лижут попу, а где мы еще таких найдем?"...
       Римские легионеры шагают за священниками и их слугами, смотрят как те хватают Иисуса, и как разбегаются все кто был с ним. Лица у легионеров скучающие и презрительные. Приказ выполнен. Обратно в казарму, ребята. Или же их вообще не было. Вот и три остальных евангелиста о них ни сном ни духом.
       Урежь осетра, Иоанн.
       С другой же стороны, смотрите... Почтенные евангелисты пишут о том, что во-первых, разбежались все бывшие с Иисусом. А кто это - все? Почему не сказано о 12=ти учениках, а о неких "всех"? За Иисусом бродит юноша в накидке, тоже не из ближайших учеников. И наконец, Иуда... Прежде чем Иисуса берут, к нему подходит Иуда, и лобызает, (целует, если по современному). А собственно, - зачем? Зачем предателю Иуде так выставляться? (Не будем обсуждать, был ли вообще Иуда, который в ритме вальса взял деньги - предал-тут же раскаялся - вернул деньги - повесился). Но если был, и евангелия хоть тут не приврали - зачем этот поцелуй?
       Собственно, объяснение может быть только одно. В месте ареста людей действительно было больше, чем Иисус и двенадцать его учеников. Возможно там было некоторое скопление народа, которое шли в Иерусалим посмотреть на диспуты рабби, или еще куда. А тех, кто должен был произвести арест, было не так много. Вот они и попросили\подкупили\заставили, кого-то, кто знал Иисуса, навести на него, показать, кто именно Иисус среди людей. Сами же, возможно частью сидели в засаде. Частью разошлись среди людей. "Иуда" - показал. Иисуса взяли под белы руки. И вряд ли в такой ситуации у приспешников Иисуса было время на неторопливые разговоры, как это описывают евангелисты. Взяли, заломали, потащили...
       У Луки, в евангелие рассказывается, что спутники Иисуса, видя, что приближаются волки позорные, спросили учителя - "Господи! не ударить ли нам мечом?" (Лк 22:49). А собственно - какими мечами собирались ударить миролюбивые апостолы? Надо понимать что "ударить мечом", - выражение, оно не говорит, ни о количестве, ни о качестве оружия. Только о желании сопротивляться, и о некой вооруженности группы. Но чем же могли быть вооружены миролюбивые апостолы Иисуса? Мы знаем это только об одном. Евангелисты на редкость слитно пишут, что когда к Иисусу подступили, один из бывших с ним отсек нападающему ухо. Иоанн уточняет, - ухо отсекли рабу первосвященника по имени Малх. А сделал это апостол Шимон, по кличке "Кифа", то есть "камень". (Ну или если по-гречески, - апостол Симон, по кличке "Петр"). Короче, бывший с Иисусом мужик с погонялом "камень", отсек ухо одному нападавшему. А чем он это ухо, собственно, отсек?
       Известно, что существовал некий прото-вариант евангелия, которым пользовались некоторые из евангелистов, чьи евангелия позже стали каноническими, и вошли в новый завет. По утверждению лингвистов, это евангелие скорее всего было написано на арамейском. Для всех евангелий дошедших до нас оригиналом был уже греческий. В греческих евангелиях авторами используется слово "махайра". Махайра это такое обобщенно-универсальное слово для колюще-режущего предмета, под которым может скрываться и хозяйственный нож, и длинный боевой меч. Поэтому когда у священников спрашивают, вот мол, а чего это Иисус-пацифист в один из моментов призвал всех учеников "продать суму и купить меч"(?!) На что те сказали, - дак у нас их вот уже есть две штуки.  (Эту фразу вообще очень любят милитаристы) Священники справедливо отмечают, что слово махайра могла обозначать и хозяйственный ножик. И хотя при такой трактовке смысл фразы Иисуса становится невнятным, все же трактовка имеет право на существование. Но вот Петр...
       Петр своей "махайрой" отрубил человеку ухо... И я пошел к реконструкторам. Реконструкторы, это такие фанаты ушедших времен, которые любят изображать из себя древних воинов, носят доспехи, рубаются на мечах, и через это знают о старинном холодном оружии несколько более обычного современного человека. Реконструкторы, надо сказать, обрадовались интересной задачке, для доступности изложения начали приставлять к моим ушам различные железки, так что я заопасался сам остаться без обоих ушей...
       Тезисно, по результату общения с компетентными гражданами, я смог узнать вот что. Отрубить человеку ухо хозяйственным ножом с клинком в ладонь, или около того, очень трудно - слишком короткое лезвие. Для того чтоб обезушить человека таким ножом, надо человека обездвижить, и несчастное ухо отрезать. И вообще - коротким ножом рубить крайне несподручно. Дело в том что короткий клинок обязывает к определенной технике. Короткое оружие обязывает тебя стоять близко к врагу. Удары наносятся как правило по кратчайшей траектории. Наиболее грамотно противника в такой ситуации колоть. Но если человек с ножом все-таки будет наносить режущие удары, это скорее всего будет тот же выброс руки вперед с "косыми" ударами без большого замаха, - так уж устроена анатомия человека. Строго же вертикальный удар - а именно такой нужен для того, чтоб обкорнать ухо, - прерогатива более длинного клинкового оружия. Только там можно позволить себе замах для вертикального удара сверху. Замах дает удару силу но траектория твоего движения становится больше, а значит у врага больше времени на защиту или нападение. Замах позволителен с длинным оружием, во-первых, потому что ты стоишь на некоторой дистанции от противника, а во вторых, потому что длина твоего оружия дает ему меньше шансов отскочить...
       Однако, плотоядно поглядывая на мои уши, продолжали реконструкторы, - оружие у Петра было и не слишком длинным. Это явно был не длинный римский кавалерийский меч-спата, и не классический греческий копис-рубило. Потому что, будь у Петра такая дура, он бы вертикальным ударом не только ухо срезал, но вдобавок и плечо человеку развалил. Легко бы раб первосвященника не отделался. (Это логично и с той точки зрения, что длинный меч довольно затруднительно носить скрытно, и Петру пришлось бы туго при встрече с первым же римским патрулем). Значит, резюмировали реконструкторы, - Петр носил что-то более длинное чем обычный нож, но все же пригодное для скрытого ношения. Длина клинка примерно две с половиной три ладони, - басил реконструктор, прикладывая свои ладони одна к другой по их длине. Короткий меч, или что-то в таком духе. Удобное, скрытное, и противозаконное с точки зрения римлян. Что и говорить. Интересные были спутники у Иисуса-пацифиста...
       Петр отчекрыжил рабу первосвященника ухо... Дальше у евангелистов опять странное. Ни у кого к нему нет никаких претензий! Производящие арест Петра как будто не видят, даром что рядом их товарищ должен заливаться благим матом, держась за окровавленную башку. По евангелиям, арестователи просто берут Иисуса, и уходят восвояси. Ну а какие тут могут быть правдоподобные варианты?
      Первый вариант, что Петра просто втоптала в землю разъяренная толпа с мечами и дрынами, и на этом путь достойного соспешника Иисуса и окончился. Другой вариант, что отрубленным ухом Петр как раз прорубил себе дорогу к свободе, и после этого так засверкал пятками, что его не догнали. Этот вариант, правда, ставит крест на все последующие фразы, которые Иисус по евангелию говорит Петру. Говорить просто некому, Петр драпает.
       Еще вариант, что Петру удалось утишить негодование граждан, пока его не прибили, и пойти в полный отказ. Мол, я здесь просто рядом был, ни про какого Иисуса знать ничего не знаю, ведать не ведаю. Шел случайно мимо, пел любимый псалом Пятикнижия... А что вашему человеку ухо почикал, - так это он первый на меня напрыгнул, откуда мне было знать зачем? Думал он вор и убивец! Я только в рамках законной самообороны... Может быть, и поверили?
      Ну и наконец, еще один очень вероятный вариант: Петра тоже скрутили, взяли под белы руки, и водворили в позорное узилище, до выяснения. Что характерно, все правдоподобные варианты начисто отметают евангельский рассказ, как Петр остался на свободе, пошел за Христом и самочинно вертелся на дворе у первосвященника, трижды отрекаясь от Христа. Хотя отрекаться-то он как раз и мог. Раньше - когда Иисуса брали. Или позже - когда самого Петра допрашивали. Может в этой странной форме - троекратного отречения - сохранились так странно записанные сожаления реального прототипа Петра, о том что при аресте Иисуса он повел себя не так, как хотел бы?..       Как бы то ни было, Иисус арестован.