О чванливости белАрусов.

Я не знаю, национальная ли это черта, или особенность жителей поселка Тарасово, в котором я уже три года обитаю.

Но! Абсолютно никакого интереса, к соседям. Им почему-то абсолютно безразлично, кто живет рядом, кто у них соседом, за забором.Практически за три года моей жизни, в Республике Беларусь, я не свел ни одного знакомства, с аборигенами. Если бы это были замкнутые в своем коконе прибалты, я так бы не удивлялся. Ну не интересно им ничего, за пределами своего забора, своего кусочка земли, и всё тут.

Когда я жил под Рязанью, соседи всё знали друг о друге. Чай в гости ходили пить... А минчане - они как рыбы, с тусклыми глазами. Я не знаю, как те люди, которые в самом городе живут. Но уж мои соседи, по улице, так 100%!

В связи с чем анекдот, из жизни, от моей бывшей рязанской соседки. Той, которая кота у меня умыкнула...

Решила я, с мужем, поехать в Париж. А то как-то неудобно было: все соседи там были, одни мы не могли, в разговоре, небрежно так бросить "вот когда мы были в Париже"...
Ну, взяли путевку на неделю, и поехали.
Понравилось очень. Если не ставить себе целью что-то купить - для того в Москве Черкизовка есть (Примечание от Антисемита - тогда, когда она мне это всё рассказывала, Черкизон еще пыхтел вовсю! Хотя мадам вовсе не на барахолке одевалась...), а для того, чтобы по музеям побегать, к культуре приобщиться( Ее супруг был несколько другого мнения о Париже. Он мне, приватно, сказал, что наибольшую радость от Парижа он испытал, когда этот марафон закончился, сидя в предбаннике для вылетающих из аэропорта Шарля де Голля)...
Ну так вот, всё понравилось, но от одного я просто офигела... Как-то, голодные, мы выскочили из одного музея и побежали в другой. Но есть же хочется... А тут, на дороге, какая-то femme parisienne блинами торгует. Не удержались, и купили.
Полагая, что мадама не говорит на русском, я прошлась, по цене тех блинчиков. Типа, в России, на эти деньги нормально поесть можно...
Ну так вот, внезапно, тетка на русском спрашивает, мол вы откуда и куда.
-- Рязанцы мы, говорю я с гордостью!
-- А vous mes commémorations, ответила та скотина. Соболезнует она мне, блин! Я, из Рязани, на своё заработанное, приехала в Париж. А она, а она! Может ли она позволить себе экскурсию, пусть не в Рязань, а в Москву, торгуя своими блинчиками, блин?